Экология Среды. Том III

Среда ведёт себя как взаимная настройка, а не как фон

Есть парадоксальная мысль: среда «вокруг» нас часто воспринимается как нечто устойчивое и неизменное, но в реальности она меняется вместе с тем, как мы в ней различаем и действуем. Мы можем описывать происходящее как смену событий, однако устойчивость этих событий поддерживается не одним агентом и не одной технологией. Она держится на согласованности множества развивающихся линий изменения.

Этот том обещает другой взгляд: среда - не контейнер и не набор объектов, а экология взаимных морфогенезов. В предыдущих томах мы учились видеть архитектуру среды - как устроены её «узлы» и «связи». Здесь нас интересует другое: почему сами эти узлы не стоят на месте, почему формы устойчивости всегда оказываются временными, и почему изменения не сводятся ни к отдельным процессам, ни к отдельным вещам.

Вместо утверждения «есть процессы» мы попробуем удержать более странную мысль: изменения среды возникают как сеть взаимных подстройк, и именно поэтому среда не сводится ни к объектам, ни к процессам. Как может быть устойчивой то, что постоянно меняется - и при этом не быть ни одной «вещью» и ни одним «процессом»?

Почему нельзя свести среду к «вещам» и «ходам»

Исторически проще всего было думать о среде как о сцене. В разных традициях она по-разному называлась, но логика оставалась схожей: есть предметы, есть пространство между ними, а «изменение» - это то, что происходит с предметами. Даже когда признавали динамику, динамика выглядела как перемещение тел или смена состояний, то есть как производная от того, что уже существует. Такая картинка удобна: можно измерять, можно классифицировать, можно строить прогнозы в пределах заданных условий.

Но как только мы начинаем наблюдать среду внимательнее, сцена перестаёт быть нейтральной. Возьмём простой бытовой пример: городской воздух вблизи магистрали. Мы легко говорим «там есть загрязнение», словно это свойство вещи - дороги. Однако в реальности концентрация зависит от сочетаний десятков факторов: направления ветра, высоты застройки, режима движения, влажности, температуры, даже от того, как меняется режим работы светофоров и как распределяются потоки людей. «Загрязнение» оказывается не единичным объектом, а устойчивой формой поведения, которая сохраняется при некоторых сочетаниях условий и исчезает при других.

В научном языке для такой ситуации есть соблазн: назвать всё это системой процессов. И тогда среда кажется объяснимой - как сумма взаимодействующих динамик. Но и это объяснение оказывается неполным. Процессы можно описать, но остаётся вопрос: почему одни и те же взаимодействия дают устойчивую картину на одном масштабе и распадаются на шум на другом? Почему в одних условиях «одно и то же» начинает выглядеть по-другому, хотя состав факторов не меняется радикально? Проблема не в том, что процессов мало. Проблема в том, что процессы не образуют среду сами по себе - среда появляется как результат экологического согласования между линиями развития.

Ловушка «сначала объекты, потом изменения»

Логика «сначала объекты» хорошо работает в инженерных задачах, где нужно задать исходные условия и параметры. Но среда сложнее даже той инженерной сложности, которую мы привыкли считать «достаточно сложной». В сложных средах границы между объектом и его средой становятся подвижными: то, что вчера было «фоном», сегодня включается в состав причины; то, что было «побочным эффектом», превращается в главный рычаг.

Исторически эта мысль усиливалась по мере того, как дисциплины выходили за пределы лабораторного контроля. В экологии, например, долгое время было удобно отделять организм от среды, а затем изучать «влияние факторов». Но наблюдение природных систем всё чаще показывало: среда - не просто набор условий, она сама является продуктом взаимодействий. Пчёлы меняют растительность, растительность меняет микроклимат, микроклимат меняет активность насекомых. И это не бесконечная цепочка «причина - следствие», а скорее взаимное выращивание устойчивых режимов.

Сводить среду к объектам значит терять один слой: как именно согласованные изменения удерживают форму. Объект можно описать как точку отсчёта, но среда - это то, что делает точку отсчёта значимой и переносимой. Когда переносимость исчезает, меняется и то, что мы называем «объектом».

Ловушка «сначала процессы, потом среда»

Сводить среду к процессам кажется более честным: процессы наблюдаемы, ими можно управлять в экспериментах. Но проблема возникает в момент, когда процессы оказываются неодинаково «видимыми» для разных наблюдателей и разных масштабов. Один и тот же набор взаимодействий может быть одновременно и причиной устойчивости, и источником распада - в зависимости от того, что именно мы считаем состоянием системы.

Кроме того, процессы не «склеиваются» автоматически в единый мир. Для этого нужна согласованность: чтобы изменения в одной линии поддерживали изменения в другой линии, а не разрушали их....